А ВЕДЬ ЭТО И ПРО НАС…

«Prix du Livre» – одна из самых престижных литературных премий мира, вручаемая в конце каждого года. В этом году на церемонию награждения собрались представители крупнейшего политического объединения мира и Евросоюза: председатель Европарламента, его депутаты и даже генеральный директор Всемирной торговой организации.

Перед награждением лауреатов глава жюри – выдающийся польский режиссёр Кшиштоф Варликовский – произнёс речь, которая произвела эффект ядерного взрыва…

Политическое прошлое Украины и Польши – общий социалистический лагерь.

В этом лагере в дефиците были не только качественная обувь, мебель, одежда и еда, но и качественная литература. Достаточно вспомнить огромные очереди за «макулатурными» изданиями Джека Лондона, Эмиля Золя и прочих классиков, которые советские люди выстаивали на холодном ветру с пачками старых газет – для «обмена с доплатой».

И это – при огромных тиражах всего печатного!

И вот – свершилось.

Дефицита материального больше нет. Приобрести можно всё – были бы деньги. Но стало ли поколение смартфонов, ноутбуков и прочих гаджетов умнее, грамотнее и приспособление к реалиям стремительно меняющегося мира, чем поколения «физиков и лириков», которое взахлёб читало книжки и «прорывалось» на спектакли, спрашивая о «лишних билетиках» далеко от театра?

Мудрость поколений, сохраняемая и передаваемая их гениальными представителями, помогала нам найти своё место в жизни, подсказывала, что делать, когда нам было реально плохо и мы искали выход.

Можно ли такую подсказку получить в Гугле?

И кого мы уже скоро сможем называть интеллигенцией – думающей, обладающей массивом знаний, накопленных человечеством, умеющей критически мыслить?

И вот подобные вопросы задаёт своей аудитории Кшиштоф Варликовский – человек, получивший великолепное образование (в том числе в Сорбонне), основатель и главный режиссёр варшавского Нового театра.

«Уважаемый господин председатель Европарламента, уважаемые господа депутаты,

Уважаемые дамы и господа!

Есть нечто, что делает нашу деятельность похожей, хотя ваша работа затрагивает сферу политических событий, а я обитаю в сфере воображений и фантазий.

Это «нечто» – ответственность. Моя – за зрителей, ваша – за избирателей, а также наша совместная ответственность – за обеспечение свободы слова и критического мышления в европейских общностях.

В чём состоит ответственность артиста? К чему артист должен зрителей склонять и в чём убеждать? Если коротко – к критическому мышлению.

Я происхожу из Польши – страны, которая после изменения политического строя почувствовала на себе влияние свободного рынка, начавшего определять критерии и ценности.

Телевидение, пресса, средства массовой информации стали неумолимо превращаться в машины для производства рекламы.

Бескорыстность потеряла значение. Все начали удовлетворять примитивные вкусы и низкие потребности.

Китч и глупость были вбиты в глаза и головы потребителей. Они должны были бездумно потреблять и покупать подозрительного качества продукты, похожие на искусство. К сожалению, мы наблюдаем это во многих странах.

Америка, как и раньше, подаёт «хороший» пример. Но и Польша, и другие страны Восточной Европы оказались исключительно податливыми этому оглуплению.

Потребление стало для нас чем-то новым, желанным, а значит, стало казаться благом.

Незаметно культуру стали подменять поп-культурой и развлечениями. Идеалы стали иными.

Вместо критики и мнений появились рейтинги и лайки.

Мне кажется, что мы создали особенную систему пренебрежения, в которой творцы вместо того, чтобы брать на себя ответственность за зрителей, удовлетворяют самые ничтожные их стремления.

Я помню, как во времена социализма книжки в Польше считались высшим благом. За ними стояли в огромных очередях, их добывали, доставали. Тиражи были просто невероятными, но книг всё равно не хватало.

Мы верили в то, что обладание массивом книг даёт нам доступ к европейским культурным кодам, удерживает нас в Европе. Но прошло совсем немного времени и книги утратили свой ранг и значимость.

Количество читающих стало очень быстро уменьшаться, книжные магазины стали исчезать и вот так, безответственно, но с энтузиазмом мы добрались до дна.

Сейчас около 40% поляков не понимают того, что читают, а еще 30% понимают прочитанное лишь частично.

Каждый десятый выпускник начальной школы не умеет читать.

10 миллионов поляков (четверть нации!) не имеет дома ни одной книжки.

Функционально безграмотным в Польше является каждый шестой магистр.

Шесть с половиной миллионов поляков находится вне письменной культуры – то есть не прочитало НИЧЕГО, даже статьи из бульварной газеты.

У 40% поляков есть проблемы с чтением расписания движения транспорта или прогнозов погоды. Эти данные настолько невероятные, что кажутся забавными. Тем не менее, от них веет грозой.

Знакомясь с разнообразной статистикой, мы видим, что количество читателей снижается почти во всех европейских странах.

Есть немногочисленные зелёные острова, где оно растёт, но, к сожалению, общая ситуация катастрофична.

Читают Скандинавия и Нидерланды. В странах Центральной и Южной Европы спад чтения является потрясающим. К таким странам, прежде всего, можно отнести Венгрию, Грецию, Италию. Так случайно ли в этих странах националистические движения растут прямо пропорционально спаду чтения?

Таковы результаты многолетнего отупления общества, в котором, на фоне политической безграмотности, беспардонно расцветают популизмы.

Я верю, что культура может быть мощным оружием против глупости и отупления, которые стали идеальным фундаментом для манипуляций.

Мир можно сделать лучшим, только изменяя людей.

Мир потребления – это мир с отрицательной энергией, в котором все рано или поздно становятся несчастными, независимо от размера нажитого состояния. Вот почему я верю в книги.

Можно, конечно, сказать, что несколько книг мир не изменят. Но наша ответственность базируется на том, что мы верим в эффективность действия искусства и мысли. Иначе ничего после нас не останется».

Вячеслав Новиков, журналист